Шелест партера

Театры начали практиковать творческий подход к созданию программки, придумывать ее таким образом, чтобы взаимодействие со спектаклем начиналось для зрителя в момент первого прикосновения к этому бумажному носителю информации. Понятие «визуальное решение», структура, подача текста, корректировка оптики нынче имеют отношение и к программке тоже. И, надо признать, со своей новой задачей программки справляются на ура, оборачиваясь то полноценным арт-объектом, то изобретательным памятным сувениром, то эффектно организованным ликбезом, а то и полноценным научным исследованием — не теряя при этом плотной связи со спектаклем.

Какая театру нужна программка для каждого проекта, он, конечно, решает сам, а мы в этом материале отобрали самые удачные, на наш взгляд, образцы, наилучшим образом налаживающие предварительную коммуникацию театра со зрителем, обеспечивая ему идеальный «вход в спектакль». Уточним, что цифра означает просто порядковый номер, а не место в иерархии — все отобранные программки кажутся нам в равной мере достойными.

1. «Когда я снова стану маленьким», БДТ им. Г. А. Товстоногова, Санкт-Петербург. Режиссер Евгений Ибрагимов

Отличный пример того, как можно соединить информацию и памятный сувенир, превратив программку в произведение визуального искусства.

Программка представляет собой конверт с открытками. На каждой открытке фото, а с обратной стороны текст. На открытках можно увидеть фото Натальи Мишиной, создателя кукол для спектакля, актера Тараса Бибича, режиссера Евгения Ибрагимова, а также куколок крупным планом и неожиданные ракурсы сцен из спектакля.

2. «Щелкунчик», Михайловский театр, Санкт-Петербург. Хореограф-постановщик Начо Дуато

Просветительское приложение к сложному сценическому тексту: Начо Дуато — это вам не Петипа.

На развороте можно прочитать про оркестр, что это такое и зачем нужен дирижер. Есть картинки всех музыкальных инструментов с подписями, как они расположены в оркестре относительно дирижера. Также рассказано про музыку, отдельно отмечено, что нужно прочитать перед спектаклем, а что в антракте.

3. «Утренний предшественник», БДТ им. Г. А. Товстоногова, Санкт-Петербург. Режиссер Роман Михайлов

Оптика режиссера Михайлова словно постоянно приоткрывает зрителю потусторонний мир так же, как это делает сказка. Программка разъясняет этот феномен по-взрослому.

БДТ редко превращает программку в путеводитель по спектаклю, но это именно тот случай: кроме информации о постановочной команде тут есть подробный, интересно изложенный рассказ о том, что сказка — это не детская история на сон грядущий, а часть ритуала — духовного опыта человечества, закодированного в определенной форме. И эта форма до сих пор работает как спасательный круг для тех, кто захлебывается в потоке негативных и позитивных эмоций.

4. «Отцы и дети», Красноярский ТЮЗ, Красноярск. Режиссер Кирилл Вытоптов

Тот случай, когда из программки можно сделать памятную вещь, разъясняющую суть театрального произведения.

Евгений Базаров из романа И. С. Тургенева «Отцы и дети» препарировал лягушек, потому что верил исключительно в науку, отрицая мир чувств и его способность влиять на человека. Театр предлагает сложить из зеленого листа, вложенного в программку, лягушку в технике оригами по указанной схеме. И это оказывается не самой простой задачей. А казалось бы, какие проблемы: есть рисунок, есть листок. Вот и Базаров так думал про устройство жизни.

5. «Женитьба, или Последний пункт одиночества», Театр на Садовой, Санкт-Петербург. Режиссер Андрей Прикотенко

Программка предлагает взрослым поиграть в игрушку, которая точно была у них в детстве, и задуматься о том, что люди, вырастая, не перестают играть в те же игры, но с другим результатом.

Из программки можно вырезать куколку и свадебные платья для нее — и менять их в зависимости от настроения. Современная Агафья Тихоновна, как и гоголевская, никак не может выйти замуж, хотя работает в ателье нарядной (в том числе свадебной) одежды, и клиенты приходят косяком. А все просто: одежда у взрослых — это маска, которая скрывает подлинного человека, а любовь — это все же про подлинность, а не про прятки.

6. «Лавина», театр «Шалом». Режиссер Сойжин Жамбалова

Иногда требуются дополнительные научные сведения, чтобы не позволить себя дурить. Театр «Шалом» работает честно, он не зачаровывает иллюзией, а приглашает вместе поразмышлять над реальным положением вещей.

«Лавина» — сентиментальная драма о горном селении, где люди живут в постоянном страхе схода снега, который может их уничтожить. Старейшины уверяют, что любой громкий звук может спровоцировать катастрофу. В абсолютном большинстве театров зрители смотрят спектакли по этой пьесе, не подозревая, что это история о наглых манипуляторах, которые провоцируют ужас, чтобы оправдать собственный беспредел вплоть до убийств. Программка приводит результаты исследований (в том числе наглядные), подтверждающие, что никакой звук — даже оглушительный крик роженицы или выстрел — не может вызвать лавину в горах.

Отметим, что по этому принципу сделаны все программки театра «Шалом», так что этот театр вполне мог бы повторить брехтовскую формулу — обращение к публике: «Мы не хотим, чтобы вы верили, мы хотим, чтобы вы думали».

7. «Е-ЕЕ-ЕЕ!» (или «Бременские музыканты»), театр «Старый дом», Новосибирск. Режиссер Антон Фёдоров

Есть такие предметы, которые вызывают ворох ассоциаций. Например, виниловая пластинка. За этим образом — не только наше бездумное советское детство, счастливое «вопреки», но и рок-культура чарующей эпохи Вудстока, когда миф о возможности полной свободы еще рождал безумные идеи.

Программка к спектаклю «Е-ЕЕ-ЕЕ!» — это бумажная «виниловая» пластинка. А его герои — настоящие хиппи на лесной поляне. И даже портрет Дженис Джоплин тут как тут. Но король, который называет ее «мамочкой», знает, что она плохо кончила. И что все сказки на свете кончаются плохо. Но попробуй убеди в этом Принцессу, Трубадура и зрителей спектакля, которые снова слушают рок на «виниле».

8. «Фауст», Пермский театр оперы и балета, Пермь. Режиссер Василий Бархатов

Негласный стандарт качественной программки к опере — около 100 страниц исчерпывающей информации обо всем, что касается спектакля.

Именно так выглядит программка к «Фаусту» Василия Бархатова, поставленного в Пермской опере в 2021 году. Это тексты, прослоенные фото постановщиков, артистов и фрагментов репетиций. Это три интервью главных постановщиков, три аналитические статьи, подсвечивающие связь режиссерского театра с оперным и пробрасывающие смысловой мостик от фаустианского сюжета к кинематографическому жанру «триллер». Это полное описание команды постановщиков и состава исполнителей вплоть до оркестра и хора поименно. ИИ может отдыхать, театр сделал для зрителя все, что возможно.

9. «Лифт», Свердловский драмтеатр, Екатеринбург. Режиссер Дмитрий Зимин

Во времена зарождения режиссерского театра программки Московского художественного театра представляли собой текст пьесы в том виде, в котором ее играют на сцене. Свердловский театр придумал нечто схожее и столь же «рабочее».

Вместо стандартной программки театр выпустил сборник пьес уральских драматургов Ирины Васьковской, Артёма Головнина и Саши Пухова о жизни обычного многоквартирного дома, которые были написаны специально для спектакля «Лифт». В книге — четыре пьесы, проиллюстрированные черно-белыми фотографиями спектакля, который играют на служебных лестницах театра. Такой сборник не только приятный подарок для зрителя, но и продвижение Уральской школы драматургии.

10. «Все звезды», балетная программа, «Урал Опера Балет», Екатеринбург

Звездные гала — жанр бессмертный. Но на рубеже XX—XXI вв.еков, когда все еще ждали перемен, звезды вспыхивали стремительно и сияли долго. В том числе в театре и на эстраде. И обложки глянцевых журналов — оригинальные отечественные и вовсе не бледные европейские копии — заставляли глаза разбегаться у каждого киоска.

К премьере балетной программы «Все звезды» на закрытии балетного сезона 2025/26 редакция театра «Урал Опера Балет» выпустила для зрителей настоящий глянцевый журнал в стиле конца 90-х — начала 2000-х годов. В журнале формата А4 несколько больших интервью с создателями премьерных постановок — хореографами, композиторами, танцовщиками (в том числе с Владимиром Ранневым и Ольгой Цветковой); подробные разборы новых балетов, два постера и даже гороскоп на последней страничке. Не «машина времени», конечно, но целый вечер детской радости посреди катастрофы.