В Санкт-Петербургском «Манеже» завершился масштабный выставочный проект «Все Бенуа — Всё Бенуа», посвященный феномену творческой династии Бенуа как формы бессмертия в искусстве.
Центральной фигурой был выбран Александр Николаевич Бенуа. Театральный художник, иллюстратор, историк искусства, коллекционер, идеолог и главный редактор журнала «Мир искусства» настоящим своим призванием всегда считал театр. «Театр — божественная игрушка для всех, у кого сохраняется что-то детское». Детство и театр стали определяющими оптиками.
Художественную концепцию архитектор Сергей Падалко назвал «Предметным театром» — четкой, логичной и завораживающей метафорой богатой фантазии и наследия Бенуа.
Художественную концепцию архитектор Сергей Падалко назвал «Предметным театром» — четкой, логичной и завораживающей метафорой богатой фантазии и наследия Бенуа.
На двух этажах, соединенных «версальской» лестницей, разместились более 600 предметов из 60 музеев и частных коллекций. Верхний — стеклянный лабиринт с прозрачными стенами, пространство творчества и фантазии А. Бенуа. Логику нижнего этажа задали «Азбука Бенуа» и тема детства. Атмосферу создавал аудиогид. Рассказ-сказку, собранный из дневников и воспоминаний Александра Николаевича, от первого лица читает актер МДТ Сергей Курышев. Двигаясь по прямоугольным коридорам-«извилинам», мы словно в иммерсивном спектакле, где нет четкого маршрута. Голос вел от воспоминания к воспоминанию и через значимые сюжеты, образы и явления, истории членов семьи загружал в нас «астральную сущность», личность самого Бенуа.
На прозрачных стенах словно зависли в воздухе эскизы к дягилевским балетам, оперным и драматическим спектаклям, пейзажи Версаля, Петергофа, иллюстрации к «Медному всаднику» Пушкина. Справа и слева вдоль лабиринта — проекции набережных Невы с зеркальной гладью воды.
Вершина творческого напряжения — «парящий» кабинет мастера в стеклянном коробе, воссозданный по его же эскизам с подлинными личными вещами и изданиями.
На прозрачных стенах словно зависли в воздухе эскизы к дягилевским балетам, оперным и драматическим спектаклям, пейзажи Версаля, Петергофа, иллюстрации к «Медному всаднику» Пушкина. Справа и слева вдоль лабиринта — проекции набережных Невы с зеркальной гладью воды.
Вершина творческого напряжения — «парящий» кабинет мастера в стеклянном коробе, воссозданный по его же эскизам с подлинными личными вещами и изданиями.
Мир «Азбуки Бенуа» — мир семьи и вдохновения. Он отдаленно похож на ступенчатую игровую комнату. На стенах — эскизы-буквы азбуки, окруженные разнородными предметами коллекций музеев (от рыцарских доспехов до египетских саркофагов), кадры фильмов, эскизы и портреты членов всей семьи Бенуа. Азбуку Бенуа создал в 1904 году для сына Николая (будущего главного сценографа театра «Ла Скала»), но через нее хотел приобщить к искусству как можно больше детей. По замыслу каждая страница должна напоминать театральную мизансцену с действием и персонажем, побуждающую ребенка фантазировать. Именно так, через театр, он сам узнавал красоту мира.
Среди музейной роскоши — телескоп и деревянный шалаш, испещренный мелкими отверстиями. «З-Звезды» гласит тикетаж. Место, где зритель мог расположиться на мягких подушках и предаться собственным мечтам и фантазиям, становится продленным жестом и кульминационной точкой выставки.
Среди музейной роскоши — телескоп и деревянный шалаш, испещренный мелкими отверстиями. «З-Звезды» гласит тикетаж. Место, где зритель мог расположиться на мягких подушках и предаться собственным мечтам и фантазиям, становится продленным жестом и кульминационной точкой выставки.
