В петербургском Театре на Садовой Петр Шерешевский поставил «Волков и овец» ровно о том же, о чем классик Островский написал пьесу: о яростной и безжалостной по отношению к ближним борьбе сильных мира сего за капитал. При этом драматург Семен Саксеев (литературный псевдоним Шерешевского) в спектакле поменял жанр: с просто комедии, на черную-черную комедию в духе Тарантино.
Поначалу кажется, что в спектакле волков достаточно. Но по ходу действия выясняется, что путем естественного отбора в дамки выбился такой лютый столичный хищник, что остальные на его фоне смотрятся овечками. В основе сюжета — история трех одноклассников из провинциального города Остров. Один, Купавин, построил винно-водочный завод (город пьет). Второй, Лыняев, владеет похоронным холдингом (город умирает). Третий — Беркутов, переселился в Петербург.
Первый акт происходит в питерском гостиничном номере, где в одной постели просыпаются жена водочного магната Купавина (Анна Щетинина) и Беркутов (Илья Дель). Взяв в руки мобильный телефон, молодая женщина узнает о смерти мужа и, соответственно, о свалившемся на нее, помимо горя, несказанном богатстве. Но желающих сорвать нехилый куш оказывается куда больше, чем одна законная наследница, которой Беркутов бросает вдогонку ключевое правило выживания: «Главное — ничего не подписывай».
Художник Анвар Гумаров придумал сквозной визуальный образ этой сказки — 3D-инсталляцию картины Васнецова «Иван-царевич на Сером Волке». Сначала она висит в номере гостиницы, затем в туалете при ритуальном зале, а в финале буквально «сходит» со стены.
Проводив Купавину, Беркутов (Илья Дель) разрушает четвертую стену, превращая зал в аудиторию его мотивационного тренинга. Сначала он заставляет зрителей скандировать строку из хита певицы елки «Все зависит от нас самих». А затем неожиданно предлагает всмотреться в васнецовский лес, концентрируясь на его гнилостно-болотных составляющих, после чего буквально примеряет образ волка: скалится, пружинит на согнутых конечностях, рычит. Этим и отличается Беркутов Шерешевского от героя пьесы Островского: он не считает нужным рядиться в Ивана Царевича. И это абсолютно нашего времени случай: цинизм становится демонстративным, ложь — оголтелой.
Второй акт переносит действие в туалет при ритуальном зале — пространство черного кафеля, зеркал и кабинок. Здесь, пока за стеной произносятся поминальные речи, происходят главные события. Градоначальница Мурзавецкая (Татьяна Самарина) в черном платье и с седым нимбом волос благообразна и с виду заботится о своем умом не вышедшем племяннике Аполлон (Евгений Анисимов), стремясь женить его на богатой вдове. Но на самом деле, он для нее лишь инструмент ее собственного обогащения: когда избитый до полусмерти Аполлон истекает кровью, она снимает его на видео, чтобы использовать его против Купавиной. Чугунов (Александр Лушин), директор завода, мечтает купить домик в Черногории, но пока с помощью племянника покупает поддельные документы на Даркнете. Неглупая молодежь — племянник Чугунова Клавдий, цитирующий светочей мысли от Ницше и Юнга до Мамардашвили и Черниговской, и референтка Мурзавецкой Глафира, тренирующая навыки ассертивного поведения — тоже хотят вырваться, но в итоге выбирают удачное место в уже существующей иерархии.
Лыняев (Антон Падерин) — владелец похоронного бюро и фанат могильных камней — похож на безбашенных балабановских придурков. Это он избивает Аполлона подвернувшимся под руку куском габбро-диабаза, не отдавая себе отчета, что убивает человека. А приручает этого зверя Глафира, признаваясь в любви к габбро-диабазу и принимаясь его страстно вылизывать. Против такого приема Лыняев устоять не может, и дело заканчивается потерей им девственности в туалетной кабинке.
Красивая порывистая Купавина на фоне всех этих монстров выглядит наивным ребенком. Миллион наличкой она прячет в гардеробе в коробке с надписью «Тапки» и, конечно же, подписывает пустой белый бланк, поверив Чугунову, что это непременное условие выдачи ей средств на личные расходы. Взрослеет Купавина стремительно. И не тогда, когда Мурзавецкая напяливает на нее белое платье невесты, как саван, и мажет ей губы ярко-красной помадой. В это мгновение она слышит голос Беркутова, выступающего с памятной речью и радостно проговаривает: «Это Вася, он спасет меня». Но тут задник окрашивается кроваво-красным, и прямо из него, в прямом смысле «пройдя сквозь стену», возникает Беркутов с руками, распахнутыми, точно для объятий, но с пистолетом в одной из них. И это еще не весь трюк. Чего не отнимаешь у Беркутова-Деля, так это любви к театральным эффектам. Ровно в момент его появления, рабочие сцены открепляют от картины и расставляют по сцене васнецовские деревья и фигуры героев. Сцена превращается в чащу. А волк оказывается на переднем плане. Сейчас — его выход и его соло.
Длинная и мастерски придуманная речь Беркутова — пародия на пропаганду в формате проповеди (жанр тоже абсолютно сегодняшний). Смесь былиной формы, цитат из Евангелия и современной лексики, которую герой проговаривает с импровизационной легкостью, выглядит балаганным номером. Но тут же, играючи, он убивает («Ну надо же! Не поставил пистолет на предохранитель!») и дурачка Аполлона, и умника Клавдия. И справляет по ним тризну с присущим убежденным убийцам ложным пафосом.
Остальные герои в эти минуты мечтают провалиться сквозь землю от страха, включая и резко поумневшую Купавину, которой даже хватает мужества произнести: «Я тебя недостойна». Но кто ж им всем позволит выйти из-под контроля. А в финале Беркутов даже устраивает хэппи-энд — клянется любить Купавину в горе и радости, «управлять их заводом и сделать водку „Островская“ еще более славной».
Пожалуй, впервые за свою карьеру Петр Шерешевский поставил спектакль, в котором никого не жаль. Это в чистом виде социальная сатира, лихо придуманная и воплощенная. В ней узнается буквально все. И это — ключ к спасению для тех, кто оказался в зрительном зале. Прав ведь Экзюпери: «Того, кто знает, что такое сказка, не обманешь».
Первый акт происходит в питерском гостиничном номере, где в одной постели просыпаются жена водочного магната Купавина (Анна Щетинина) и Беркутов (Илья Дель). Взяв в руки мобильный телефон, молодая женщина узнает о смерти мужа и, соответственно, о свалившемся на нее, помимо горя, несказанном богатстве. Но желающих сорвать нехилый куш оказывается куда больше, чем одна законная наследница, которой Беркутов бросает вдогонку ключевое правило выживания: «Главное — ничего не подписывай».
Художник Анвар Гумаров придумал сквозной визуальный образ этой сказки — 3D-инсталляцию картины Васнецова «Иван-царевич на Сером Волке». Сначала она висит в номере гостиницы, затем в туалете при ритуальном зале, а в финале буквально «сходит» со стены.
Проводив Купавину, Беркутов (Илья Дель) разрушает четвертую стену, превращая зал в аудиторию его мотивационного тренинга. Сначала он заставляет зрителей скандировать строку из хита певицы елки «Все зависит от нас самих». А затем неожиданно предлагает всмотреться в васнецовский лес, концентрируясь на его гнилостно-болотных составляющих, после чего буквально примеряет образ волка: скалится, пружинит на согнутых конечностях, рычит. Этим и отличается Беркутов Шерешевского от героя пьесы Островского: он не считает нужным рядиться в Ивана Царевича. И это абсолютно нашего времени случай: цинизм становится демонстративным, ложь — оголтелой.
Второй акт переносит действие в туалет при ритуальном зале — пространство черного кафеля, зеркал и кабинок. Здесь, пока за стеной произносятся поминальные речи, происходят главные события. Градоначальница Мурзавецкая (Татьяна Самарина) в черном платье и с седым нимбом волос благообразна и с виду заботится о своем умом не вышедшем племяннике Аполлон (Евгений Анисимов), стремясь женить его на богатой вдове. Но на самом деле, он для нее лишь инструмент ее собственного обогащения: когда избитый до полусмерти Аполлон истекает кровью, она снимает его на видео, чтобы использовать его против Купавиной. Чугунов (Александр Лушин), директор завода, мечтает купить домик в Черногории, но пока с помощью племянника покупает поддельные документы на Даркнете. Неглупая молодежь — племянник Чугунова Клавдий, цитирующий светочей мысли от Ницше и Юнга до Мамардашвили и Черниговской, и референтка Мурзавецкой Глафира, тренирующая навыки ассертивного поведения — тоже хотят вырваться, но в итоге выбирают удачное место в уже существующей иерархии.
Лыняев (Антон Падерин) — владелец похоронного бюро и фанат могильных камней — похож на безбашенных балабановских придурков. Это он избивает Аполлона подвернувшимся под руку куском габбро-диабаза, не отдавая себе отчета, что убивает человека. А приручает этого зверя Глафира, признаваясь в любви к габбро-диабазу и принимаясь его страстно вылизывать. Против такого приема Лыняев устоять не может, и дело заканчивается потерей им девственности в туалетной кабинке.
Красивая порывистая Купавина на фоне всех этих монстров выглядит наивным ребенком. Миллион наличкой она прячет в гардеробе в коробке с надписью «Тапки» и, конечно же, подписывает пустой белый бланк, поверив Чугунову, что это непременное условие выдачи ей средств на личные расходы. Взрослеет Купавина стремительно. И не тогда, когда Мурзавецкая напяливает на нее белое платье невесты, как саван, и мажет ей губы ярко-красной помадой. В это мгновение она слышит голос Беркутова, выступающего с памятной речью и радостно проговаривает: «Это Вася, он спасет меня». Но тут задник окрашивается кроваво-красным, и прямо из него, в прямом смысле «пройдя сквозь стену», возникает Беркутов с руками, распахнутыми, точно для объятий, но с пистолетом в одной из них. И это еще не весь трюк. Чего не отнимаешь у Беркутова-Деля, так это любви к театральным эффектам. Ровно в момент его появления, рабочие сцены открепляют от картины и расставляют по сцене васнецовские деревья и фигуры героев. Сцена превращается в чащу. А волк оказывается на переднем плане. Сейчас — его выход и его соло.
Длинная и мастерски придуманная речь Беркутова — пародия на пропаганду в формате проповеди (жанр тоже абсолютно сегодняшний). Смесь былиной формы, цитат из Евангелия и современной лексики, которую герой проговаривает с импровизационной легкостью, выглядит балаганным номером. Но тут же, играючи, он убивает («Ну надо же! Не поставил пистолет на предохранитель!») и дурачка Аполлона, и умника Клавдия. И справляет по ним тризну с присущим убежденным убийцам ложным пафосом.
Остальные герои в эти минуты мечтают провалиться сквозь землю от страха, включая и резко поумневшую Купавину, которой даже хватает мужества произнести: «Я тебя недостойна». Но кто ж им всем позволит выйти из-под контроля. А в финале Беркутов даже устраивает хэппи-энд — клянется любить Купавину в горе и радости, «управлять их заводом и сделать водку „Островская“ еще более славной».
Пожалуй, впервые за свою карьеру Петр Шерешевский поставил спектакль, в котором никого не жаль. Это в чистом виде социальная сатира, лихо придуманная и воплощенная. В ней узнается буквально все. И это — ключ к спасению для тех, кто оказался в зрительном зале. Прав ведь Экзюпери: «Того, кто знает, что такое сказка, не обманешь».
